Закрыть
(495) 755 90 00

Явор Гырдев исследует совместимость глупости и морали

07.02.2011

Слава постановщика шокирующих зрителя фильмов и спектаклей следует за болгарским режиссером Явором Гырдевым, автором фильма «Дзифт» (приз за режиссуру на ММКФ в 2008 г.), со времени выхода его первого спектакля. А после его  «Метода Грёнхольма» в Театре Наций в 2010 году последовала постановка на той же сцене «Киллера Джо».

Явору 38 лет, он родился в Болгарии, его юность пришлась на развал социалистической системы. Обучаясь в двух вузах, он одновременно закончил философский факультет и получил диплом театрального режиссера. Его постановки — это не просто детектив, это настоящий триллер, благодаря, разумеется, авторам пьес, которые он берется ставить: сверхмодного ирландца Мартина Макдонаха, и малоизвестного в России, но порядком нашумевшего за рубежом американца Трейси Леттса, лауреата премии «Тони» и Пулитцеровской премии. Если в спектакле по пьесе «Человек-подушка» зрителя отделяла от сцены стеклянная стена, а в спектакле «Метод Грёнхольма» он увидел собеседование соискателей должности топ-менеджера, напоминающее душевный стриптиз, издевателтьство и закрученный детектив одновременно, то «Киллер Джо» - это черная комедия, в которой есть место и смеху, и слезам.

Говоря об унаследованных от периода социализма театральных традициях, Гырдев отмечает, что и болгарская театральная культура достаточно консервативна, а сейчас, в период смены в ней поколений — это особенно ощутимо. Однако, в Болгарии гораздо меньше чувствуется поддержка государства, а следовательно, чтобы выжить — молодые режиссеры и молодые театры вынуждины ступать на скользкий путь коммерциализации своего искусства.

Вот и Гырдев признает, что его спектакли вполне могут считаться коммерческими, хотя уже сейчас видно, что граница между ними и некоммерческими спектаклями очень размыта. Все зависит от стандартов, от того, какой смысл вкладывается в слово «коммерческий». Ведь это не синоним слова «плохой», просто спектакль рассчитан на массового зрителя.

И это стирание границ, неизбежность проникновения коммерческого сознания в театр — давно интересует Явора Гырдева, его занимают пьесы, где происходит сочетание острого сюжета с не менее острыми вопросами морали. Это чувствуется во всех спектаклях режиссера, которые он поставил на сцене Театра Наций.

«Киллер Джо» - пьеса о совместимости глупости с моралью. Персонажи этой пьесы физически не в состоянии оценить масштабы своей вины, они живут будто в нарисованном мире, откуда, совершив преступление, можно потом вренуться обратно и жить без проблем. Но человек, имея, все же внутреннего Наставника, и внутреннего Судью — ощущает и муки совести, и получат расплату за содеяное. Убийство удалось, но результат плачевен — убийцы сами становятся жертвами. Возмездие находит неисповедимые пути для своего прихода.

Трэш — мусор, так называют таких людей, живущих в Америке обычно где-то на окраинах, в вагончиках, в сколоченных из фанеры домиках. Этот мусор существует и на сцене — как человеческий, так и обычный: обрывки картона, клочки шифера, фанеры... Трагедия соединена со смехом. Постоянные психологические выверты героев и смешны, и ужасны одновременно, как и их действия.

Трейси Леттс написал свою пьесу за три года да «Криминального чтива» Тарантино, и многие ошибаются, называя ее (или спектакль) последышем этого фильма. На самом деле — все наоборот: скорее фильм кое-что явно позаимствовал в пьесе Леттса.

У Ярдева оригинальная манера искать актеров — он просматривает русские фильмы, как говорится «от корки до корки», и потом пишет себе в блокнот имена понравившихся артистов. В общем, сам себе актерское агентство, все, кто может пригодиться — у него в блокноте.

Вот и Виктора Хаева, играющего Киллера Джо Явор нашел в фильме Кирилла Серебрянникова «Изображая жертву», этот фильм был показан в Болгарии, и таким вот образом актер попал «на карандаш» режиссера, не имевшего тогда никаких планов постановок в Москве, просто — на всякий случай.

Задача устроить кошмар для зрителя — явно просматривается в «Киллере Джо», как и задачаразвеселить, и заставить задуматься — одновременно. Сразу несколько убийств, и за сценой, и на сцене — ждут своего часа. Но они не являются, как это часто бывает в голливудском кинематографе , некими кусками мяса на крючке, предназначенного для кровожадного любопытства зрителя — это именно преступление и наказние за него. Наказание, идущее неизвестно откуда и как.

Понятия «Бог» режиссер старательно избегает, будучи, очевидно несогласным с такой, как он, видимо, считает  - «версией». Что-то... Такой формулировки здесь достаточно, иначе это будет соввсем другой спектакль (что, не означает более низкого художественного качества, или меньшего напряжения в сценах, или меньшего интереса у зрителя).

Сравнивая русских и болгарских актеров, Явор не находит больших различий — болгары так же бывают несобранными на репетициях, так же умеют надолго сохранять концентрацию, и так же талантливы. Плохо только то, что в Болгарии очень мал театральный рынок и идти некуда. Господдержка мала, средств на постановки часто не хватает и мечты остаются мечтами, а планы-планами. Три-четыре фильма в год, производимых в Болгарии — это в основном, копродукция. Поэтому режиссерам часто приходится искать и средства, и постановки за границей, привлекать партнеров к совместным работам, или искать работу вдалеке от родины. К сожалению, это неизбежный пока процесс, и те, кто раньше осознают его неизбежность — раньше и проявляют себя как актер или режиссер.

© 2008-2010
Консультации по телефону: (495) 755 90 00