Закрыть
(495) 755 90 00

Криминальное чтиво в Театре Наций

Спектакль

"Киллер Джо"

Театр Наций не в первый раз обращается к творчеству современных западных драматургов.

Причем, драматургов прославленных, насобиравших «с миру по нитке» массу театральных премий, титулованных и в Европе, и в Америке. Прилашенный режиссер — Явор Гырдев из Болгарии, уже ставил в Театре Наций спектакль «Метод Гренхольма»  по пьесе современного  автора  Жорди Гальсерана (Испания). Теперь в его мастерской оказалсь пьеса «Киллер Джо» американца Трейси Леттса, обладателя многих престижных наград по обе стороны океана.

Гырдев не случайно выбрал именно этот материал для своего спектакля. Имея два образования (одно-философское), он всегда выбирает такие пьесы, в которых особая роль отводится процессу осмысления. В даннм случае — осмысления устройства окружающего его современного общества, бесконечно разделенного вдоль и поперек: возрастами, полом, религиями, убеждениями, богатством и нищетой. На что бы не устремился взгляд человека — он всегда будет раздроблен, разделен разными точками зрения на одно и то же.

Современный мир — это своеобразное минное поле, куда нас приглашают прогуляться, зазывают и сулят золотые горы. Рано ли, поздно — но на мину наступишь обязательно, и те, кто согласен с таким мироустройством станут жертвой своего согласия с его формой и его содержанием..

Маленький городок, Техас. Крис Смит и его Отец Ансель Смит пришли к местному полицейскому (он же Киллер Джо) заказать ему свою мамашу и одновременно — бывшую жену Анселя Смита. Вроде бы потому, что тогда ее страховка, которую она, как говорят, завещала своей дочке, живущей теперь с отцом, достанется ей, а через нее и всему семеству, включая братца, отца и мачеху.  Сладкая жизнь, таким образом, накроет волной обоих счастливчиков, решив их финансовые проблемы.

Вся семья: мачеха, дочь Дотти — активно обсуждает эти планы, так, словно это очередной сериал, где об убитых принято вздохнуть пару раз, но не более того, где об убитой собаке могут рыдать две серии, а мертвый человек — это как чашка кофе по утру, так же естественно.

Конечно, тут не только Тарантино со своим «Кримнальным чтивом» просится на ум, черный юмор пьесы — это уже своеобразный жанр. Вот поэтому и зрителю чрезвычайно интересно - каким образом сумеют актеры и режиссер выпутаться из штампов и клише, которыми этот жанр изрядно оброс.

Однако, начиная с автора пьесы (а скорее — он повлиял на Тарантино, так как на три года раньше «Чтива» написал ее) — дух первородства произведения не дает усомниться в его изначальности, в оригинальности мысли и текста, в поистине «золотых» диалогах, взятыых на вооружение уже другими, а не использованных вторично.

Да, это черный юмор, но это свой, аутентичный черный юмор.

Болгарский же художник Николай Тороманов собрал все действие в коробку — узкую, железную коробку с бортами, за одним из которых живут Смиты в нелепом вагончике на краю своего захолустья. И конечно — американский флаг...

Непреходящая деталь быта всех помойных бомжей Америки. Телевизор, холодильник, банки с пивом, непрерывно перетекающего из недр рефрижератора в недра человеческих организмов, своеобразный пивопровод.

Конечно - трюки, смешные, хотя и без эксцентрики. Чеховские паузы там, где надо расслабиться и погрустить, или наоборот — посмеяться всласть. Только здесь значение пауз несколько иное — они даны для того, чтобы осознал зритель о чем с такой подростковой легкостью говорят эти, с виду взрослые люди. В какую страшную игру они играют, зубоскаля на ходу. Они делят добычу — деньги неубитой еще жертвы.

Полицейский играет в киллера, а потом, захватив в заложники Дотти — дабы с ним расплатились сполна, играет уже в добропорядочного американца — патриота и семьянина, образцового полисмена, только что вылезшего из шкуры «Киллера Джо».

И флаг...

Повсюду этот неуместный символ какой-то там мечты, светлого будущего в «их» понимании... Этакая смесь парада, новостей по «ящику» и телесериала пополам с американским футболом, что ли...

Конвейер образов, прошивших насквозь ущербные, эгоцентричные души персонажей. Сначала в постель затскаивается девственница, а затем она всех благополучно укокошит в финале пьесы. И даже тут пересекаются какие-то сводки, новости о том как кто-то убил кого-то в колледже, в универмаге, открыл огонь в детском саду, и т.д....

Дотти тут не столько порождение Дьявола, сколько порождение безумного эго тех самых людей, в которых она только что стреляла. Они -самоубийцы, она — самоубийца, все  вокруг — самоубийцы...

«У меня будет ребенок...» - произносит Дотти, держа пистолет у виска новоявленного мужа.

Занавес...

 - И что он увидит?...

Додумывает зритель концовку сцены.

Что же касается братца Криса (его играет Александр Новин), то его характер скорее не персонажа черной комедии, а одержимого муками совести юноши, который поступил необдуманно, здолжав деньги мафиози — один раз, затем решив прихлопнуть мамочку -

второй раз, а потом вдруг решил, что этого хватит и тут на него напала и совсем его замучила совесть. Крис кается, но в покаяние это верится не очень. Потому что еще будет и четвертый поворот судьбы и пятый, и все остальные. Душа же Криса — потемки. Блуждающие, непредскаэуемые, подверженные ветрам обстоятельств, сиюминутных желаний и странных необходимостей.

Велеколепно прочтена роль у Юлии Пересильд (дочь) и Елены Морозовой (мачеха).

И переход из состояния ангела в состояние дьявола органичен, и забавная пластика, нырки из одной фобии в другую, из одного безумного желания в другие безумства - легко даются обеим актрисам.

Хорошо ложатся на русский слух имена их героинь Дотти и Шарла...

Ансель Смит в исполнении Андрея Фомина — тоже сгусток сиюминутных желаний без раздумий о последствиях. Да вообще - без раздумий. Безумное детство взрослых убийц, павших от руки взрощенной ими убийцы...

И пиво, пиво...

Не выпьешь ты - выпьют другие.

 

 

 

© 2008-2010
Консультации по телефону: (495) 755 90 00